Дело рассматривалось в Новосибирском районном суде в 2006 году по ч.2 ст.162 УК РФ.

Соглашение с Шустовым было заключено на рассмотрение дела в суде. Шустов обвинялся в том, что в ночное время с применение монтировки напал на Кравченко и завладел его автомобилем. Автомобиль был найден на следующее после преступления утро, из него пропали ценные вещи Кравченко и документы.

Вина Шустова подтверждалась опознанием, однако потерпевший Кравченко заявил, что опознает Шустова неуверенно, так как преступление было совершено ночью, в условиях плохой видимости.

Кроме этого вина Шустова подтверждалась тем, что в его доме, где он проживал с родителями, были изъяты документы на похищенный автомобиль Кравченко. Были допрошены понятые, в присутствии которых были изъяты эти документы. Понятые дали показания, что никаких нарушений при изъятии документов не было. Однако родители Шустова в беседе рассказали, что обыск в их доме был, но они не видели, откуда взялись документы, по их словам следователь стояла к ним спиной, потом повернулась и держит в руках документы. Откуда они взялись, непонятно.

Было заявлено ходатайство о вызове в суд и допросе родителей Шустова, они были вызваны в суд и допрошены.

Также было заявлено ходатайство о вызове в суд и допросе понятых. В это время выяснилось, что один понятой трагически погиб в автоаварии. Второй понятой оказалась гражданка Иванова, 1921 года рождения. Дважды суд отправлял почтой повестки. На эти повестки из отделения милиции (кстати того отделения, где работает следователь, расследовавшая дело) приходили ответы, что Иванова в силу возраста в суд явиться не может. После этого суд дважды оформлял принудительный привод на Иванову, но из того же отделения милиции приходили ответы что доставить Иванову в суд невозможно по причине плохого здоровья.

Я лично поехал домой к Ивановой, нашел ее в добром здравии, побеседовал с ней. Иванова рассказала, что в местном отделении милиции, где согласно протоколу проводился ее допрос, она никогда не была, что ее никто не допрашивал и никаких протоколов она не подписывала, повесток ей никто не приносил (!).

Иванова явилась в суд, ей был предъявлен протокол допроса с ее, якобы, подписью. Она заявила, что этот протокол она не подписывала, видит его в первый раз. По делу была проведена почерковедческая экспертиза. Выяснилось, что подпись в протоколе допроса выполнена с подражанием подписи Ивановой, но не Ивановой.

Я вынужден был обратиться в прокуратуру с заявлением о привлечении следователя к уголовной ответственности. Однако впоследствии, данное заявление я отозвал из прокуратуры, а Шустову было назначено условное наказание, которое ранее казалось просто невозможным.